Если мы говорим, что солдат представляет для нас ценность, то он представляет ценность не только в самом воинском подразделении или на военной должности, но и в свободное время. Абрамян

Если мы говорим, что военнослужащий ценен для нас, то он ценен не только в воинской части или на боевых позициях, но и в свободное время. Об этом писал Тигран Абрамян.

«Министерство обороны, официально комментируя вчерашнюю гибель военнослужащего, заявило, что «в армии смертельных случаев не зафиксировано», добавив, что «указанный инцидент произошел по месту жительства погибшего, а именно, на животноводческой ферме».

При этом Министерство обороны «уточнило», что погибший в это время не находился на службе, «инцидент не связан со службой и не может быть квалифицирован как несчастный случай, произошедший в армии».

Иными словами, правительство продолжает оставаться на том же месте, в данном случае, в трясине.

Я продолжаю настаивать на том, что усилия правительства направлены скорее на различные уловки, манипуляции и исправление других аспектов проблемы, чем на решение главной проблемы.

Вполне вероятно, что главным адресатом этого послания является даже не общественность, а непосредственно Никол Пашинян, которого Папикян дистанционно убеждает, что ситуация не так уж безнадежна и что он находится в нужном месте.

Бессмысленно спорить или убеждать общественность: вы сами несете основную ответственность за то, что произошло.

Но, в конце концов, погиб военнослужащий. Первоочередная задача – выяснить причину. Затем – понять его связь со службой в любом виде, в том числе с точки зрения того, какую работу можно было бы провести для предотвращения этого, от моральной и психологической до контрольной.

Ведь если мы говорим, что военнослужащий – это ценность для нас, то он ценен не только в самом воинском подразделении или на боевых позициях, но и в часы отдыха», отметил он.